Да и Британия, которую в Ялте представлял Уинстон Черчилль, де-факто оказалась в числе пострадавших. Ведь одним из итогов Второй мировой войны стало прекращение существования Британской империи, хотя процесс ее распада затянулся на несколько лет. Все последующие вопросы мировой стабильности и европейской безопасности Советский Союз (впоследствии Россия) и Соединенные Штаты решали сами. Но именно Ялта стала для европейцев символом утраты своей мощи и мирового влияния.
Об этом, а также о том, в чем, по мнению европейцев, заключается "стратегическое поражение" России, в беседе с "Российской газетой" рассказал старший научный сотрудник Центра изучения стратегического планирования ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский.
"Если мы возьмем, например, Ялту, которая состоялась в 1945 году незадолго до победы над нацистской Германией, то там, собственно, не было представителей континентальной Европы. То есть вопросы европейской безопасности решались странами, к Европе, по большому
счету, не относящимися. С одной стороны, это были Соединенные Штаты, с другой - Советский Союз, была и Британская империя, которая не являлась в полной мере европейской державой", - отметил эксперт.
Он напомнил, что в Ялте не только разделялись сферы влияния. Разговор там шел и о том, как стороны будут взаимодействовать друг с другом, и о логике будущих международных институтов, таких как ООН.
Черчилль, по словам Офицерова-Бельского, тогда уже понимал, что новый мировой порядок означал конец Британской империи и что США и СССР будут определять судьбу тех территорий, которые входили в состав империи. Несмотря на то, что Лондон тогда формально был в числе победителей во Второй мировой войне, на деле оказался одной из главных проигравших сторон.
С тех пор Европа была исключена из процессов, связанных с глобальной стабильностью. Встречи лидеров США и СССР в Рейкьявике в 1986 году или на Мальте в 1989 году проходили без участия европейцев. В конце 2021 года и начале 2022 года, непосредственно перед началом СВО, состоялись российско-американские переговоры в Женеве, где шла речь об отводе потенциала НАТО к границам 1997 года. Туда европейцев тоже не пригласили.
"И тогда они решили, чтобы избежать того, что Россия и США решали вдвоем вопросы европейской безопасности без Европы, что единственным способом является нанесение стратегического поражения России", - отметил эксперт. По его мнению, та ситуация и породила такую бескомпромиссную позицию Старого Света.
При этом Офицеров-Бельский отметил, что речь не обязательно идет именно о военном поражении России. Для европейцев таковой может стать даже реальная победа России на поле боя, но достигнутая очень высокой ценой. Отсюда и логика санкций, которые не снимут до тех пор, пока не будет достигнута их главная цель. А заключается она в том, чтобы затормозить Россию в технологическом развитии, создав серьезное отставание от Запада в таких сферах, как, например, биотехнологии, искусственный интеллект, термоядерная энергетика, коммуникации и промышленный интернет. Это особенно важно, учитывая, что сегодня мир переживает очередную промышленную революцию.
Европейцы, по мнению Офицерова-Бельского, хотят перезапустить собственную экономику посредством милитаризации. Этим же способом они намерены получить собственную автономию в сфере безопасности, ведь сегодня они практически полностью в этом вопросе зависят от США.
Но милитаризация им нужна и для того, чтобы военным способом отстаивать собственные интересы в других регионах мира, в первую очередь в Африке, то есть проводить неоколониальную политику. Ведь опыт последних лет, на протяжении которых Франция устойчиво теряла свои позиции на Черном континенте, показал неспособность французского иностранного легиона выполнять те функции, которые на него возлагались - сохранять влияние Парижа в регионе.
Тем не менее Европа считает, что ее представители должны сидеть за столом переговоров, где по меньшей мере решается судьба Старого Света. Но ничего конструктивного они предложить не могут. Они даже не могут согласовать, кто бы мог их представлять на таких переговорах. И это, по словам Офицерова-Бельского, указывает на порок развития Европейского союза. Имеющиеся глубинные проблемы ЕС не дают ему выступать в качестве единого субъекта на такого рода переговорах, не говоря уже о контактах уровня Шэньчжэня.
Как отметил эксперт, страны Евросоюза не хотят передавать в Брюссель все полномочия по решению внешнеполитических вопросов. Более того, те фигуры, которые могли бы представлять ЕС за столом переговоров, как председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и глава евродипломатии Кая Каллас, не пользуются популярностью не только среди простых европейцев, но и среди политиков Старого Света. Не говоря уже о том, что Каллас также известна как человек недалекого ума. Это, по словам эксперта, удобно для того, чтобы свалить на нее все неудачи европейской дипломатии, но совершенно не подходит для представления ЕС на серьезных переговорах.